dxdt.ru: занимательный интернет-журнал

Самонаводящиеся пули – самая перспективная тема из области разработок стрелкового оружия. Сегодня Sandia National Laboratories распространяют пресс-релиз как раз по этой теме. Они построили действующий образец (прототип, конечно). Правда, наводится данная пуля с использованием лазерной подсветки, так что это пока не то решение, которое бы мы хотели получить. Но всё равно, скорость прогресса впечатляет. Хотя, данной пулей ещё не стреляют даже по мишеням. На паре фотографий ниже – траектория пули во время испытаний и сам опытный образец.

Как пишут, роль трассера выполнял светодиод.

Управление осуществляется при помощи особого оперения. Надо сказать, что поверхности довольно большие, да и саму пулю нельзя назвать короткой. Понятно, что закручивание при помощи нарезок для активной пули не требуется, поэтому стрелковое оружие будущего – гладкоствольное.

Весь этот шум вокруг истории “Фобос-Грунта”, с активно продвигаемыми идеями об искусственном “внешнем воздействии”, ставшем, якобы, фатальным, – показывает, как растёт интерес к проблеме “закрытия” ближнего космоса некоторой геополитической силой, обладающей техническим превосходством.

Давно известно, что вывод из строя искусственных спутников – это эффективный инструмент борьбы. Что там провальный “Фобос-Грунт”! Сейчас и связь, и навигация, и разведывательные мощности у развитых стран завязаны на спутники. Заметьте, что наибольшие риски у той стороны, у которой спутниковая группировка слаба и малочисленна. (Очевидно: резервирования нет; выбрать объект для уничтожения противнику проще – меньше же целей на орбите, и так далее.) При этом особо продвинутые страны без многочисленной спутниковой группировки не могут осуществлять глобальное управление. Да, самый рельефный пример – США, которым без плотного населения ближнего космоса разнообразными аппаратами уже никак не обойтись.

При этом, стратегическое противостояние по поводу распределения ресурсов привязано к ближнему космосу, хотя, казалось бы, ресурсы-то на земле. Дело в том, что с использованием спутниковой группировки освоение и контроль ресурсов идут эффективнее. Вообще, есть некое предельное количество этих самых “ресурсов”, которое можно контролировать без массы космических аппаратов. Чтобы двинуться дальше – спутники строго необходимы.

Так что нужно ждать новых масштабных космических инициатив в ближайшие годы.

Вот, пишут в новостях (занятные формулировки, да):

“Ижевский машиностроительный завод” представил первый образец автомата Калашникова 5-го поколения с рабочим названием АК-12. Сборка автомата, разработка которого была инициирована главным конструктором “Ижмаша” Владимиром Злобиным, была завершена в 2011 г. Сейчас же начались испытания первого опытного образца, сообщили сегодня корр.ИТАР-ТАСС в пресс-службе предприятия.

“Разработка нового семейства автоматического оружия является приоритетным направлением для “Ижмаша”, чтобы вернуть мировую долю рынка”, – заявил генеральный директор научно- производственного объединения “Ижмаш” Максим Кузюк.

[...]

Государственные испытания автомата могут начаться уже в конце 2012 г. – начале 2013 г.

Что-то вот не понятно, почему же “пятое поколение” и новое семейство? И гос. испытания только через год (возможно).

Сейчас принято связывать с малозаметными истребителями “малозаметные” радары (LPI – англоязычная аббревиатура). Эти радары используют разные методы, снижающие вероятность обнаружения факта их работы детекторами. Да, понятно, что для малозаметного самолёта простой радар не подходит: “громкие” зондирующие импульсы испортят всю малую заметность. Но ведь сама проблема шире и едва ли не старше, чем “Стелс”. Скрытность работы важна не только для бортовых РЛС истребителей.

Например, существуют особые загоризонтные РЛС, предназначенные для решения разных задач, среди которых есть и наблюдение за воздушными, морскими целями, или, скажем, за стартом и полётом межконтинентальных ракет. Загоризонтные РЛС на то и загоризонтные, что будучи расположенными на земле – просматривают пространство далеко за горизонтом, расстояния измеряются сотнями и тысячами километров. То есть, такие РЛС, возможно, зондируют чужую территорию. При этом решение задачи мониторинга подразумевает, что станции работают непрерывно. Естественно, если работа такой РЛС в эфире обнаруживается другой стороной во всех деталях самыми простыми техническими мерами, то тут же возникает идея с постановкой помехи, тем более, что радар работает на большие расстояния. А помеха, понятно, может лишить сам радар практического смысла. Поэтому и тут разумной практикой оказывается использование специальных сигналов, снижающих вероятность обнаружения работы станции и, – что не менее важно, – затрудняющих раскрытие структуры сигналов и алгоритмов их формирования. Та же ситуация снижения заметности работы РЛС, но при этом никаких истребителей. Понятно, что практически любой радар станет более полезным, если его работу в эфире сделают “малозаметной”, но не для всех сценариев применения РЛС затраты на снижение заметности оказываются оправданы. Загоризонтная разведка – сценарий как раз подходящий.

Вспомним про штатовский беспилотник RQ-170, который оказался захвачен в Иране. Что касается автоматики и помех GPS. (Как пишут, именно постановка активной помехи сигналу GPS позволила “приземлить” сей секретный летательный аппарат.) Понятно, если связь ЛА с центром управления потеряна (заглушили), то аппарат переходит исключительно на автопилот. Кстати, сейчас даже готовые “коробочные” автопилоты (с поддержкой GPS, да), доступные энтузиастам-любителям, умеют осуществлять полёт по маршруту, заранее записанному в память бортового компьютера. То есть, не обязательно аппарату “ложиться в циркуляцию” и ждать восстановления связи. Пусть он летит себе на базу автономно.

Но самый интерес в другом: очевидно, что на борту есть инерциальная навигационная система. Если предположить, что действительно получилось военному GPS поставить активную помеху, уводящую координаты в нужном направлении, то ключевую роль будет играть то, каким образом несколько источников навигационной информации увязываются между собой бортовым компьютером ЛА. Если есть только инерциальная система и GPS, то при возникновении существенного расхождения между ними приоритет разумно отдать всяким гироскопам, поскольку они привязаны к более надёжным физическим основам. С другой стороны, условные гироскопы тоже могут поломаться (маловероятно, между прочим). Предположим, сигнал GPS постоянно используется для коррекции данных инерциальной системы. Тогда, если активная помеха построена таким образом, что действует в рамках типичного, допустимого, отклонения инерциального автопилота, возникает ситуация, позволяющая плавно увести аппарат куда требуется. При этом критического расхождения данных обнаружено не будет. Если действовать подобным образом, то уводящие “дельты” координат нужно вводить, так сказать, по одной из осей. Так проще не выскочить за пределы допустимой, с точки зрения ПО беспилотника, погрешности.

Впрочем, на борту аппарата может оказаться подробная карта местности, над которой он пролетает, и точный высотомер. Тогда к наведённым ложным сбоям инерциальной системы добавляется расхождение траектории с картой высот. Однако если ЛА пролетает над пустыней, то с изменением высот возникают понятные трудности. Да и вообще, не факт, что разработчики учитывают эти самые высоты подобным образом.

Может показаться, что для построения точной активной помехи нужна подробнейшая информация об устройстве данного конкретного беспилотника. В реальности же маловероятно, что разработчики ПО для секретного аппарата используют какую-то столь же секретную математику – алгоритмы систем автоматического управления похожи друг на друга, основа там общая, и наверняка использовали имеющиеся наработки. Если атакующая сторона с помехой несколько раз потренировалась, то у неё есть нужные калибровочные коэффициенты, полученные опытным путём. В общем, теоретически всё выглядит гладко.

Но относительно практики возникают, конечно, определённые сомнения. Может, там есть какая-то двойная игра и RQ-170 специально сдали? Посмотрим.

А между тем штатовский проект летающего мощного лазера – ABL – вроде, теряет государственную поддержку. Напомню, что речь о боевой лазерной установке, смонтированной на борту самолёта Boeing 747-400, и, в теории, предназначенной для поражения разных целей, прежде всего, только что стартовавших баллистических ракет. Этот долгоиграющий проект уже несколько раз замирал, потом опять двигался, опять замирал, опять оживал, и вот – очередной раз свёрнут. В феврале прошлого года ABL успешно сбил мишень и после этого ничего о проекте слышно не было.

С разведывательными спутниками связана интересная и важная тенденция. Так как технологии развиваются, и подобные спутники не только дешевеют, но и становятся гораздо более функциональными, то однажды может так выйти, что территория той или иной страны детально и в реальном времени просматривается спутниковой группировкой, с низкой орбиты. Действительно, спутники сейчас согласованно работают в группах, при этом бортовые РЛС, очевидно, не стояли на месте и хорошо шагнули вперёд в своём развитии. И не только РЛС, оптические системы – тоже.

Сеть спутников, находящихся на малой высоте, задачу “зондирования земной поверхности” решает на новом уровне. Учитывайте, что информация, поступающая от группы космических аппаратов, обрабатывается согласованно и одни данные дополняют другие.

Теперь перейдём к наземной части проблемы, к тем, за кем наблюдают. Не так трудно составить список стратегических задач, выполнение которых требует скрытности. Например, перемещение систем вооружений. Или, скажем, строительство укреплённых объектов для размещения ракетных комплексов. Что уж говорить про организацию добычи тех или иных стратегически важных полезных ископаемых. В общем подобных задач много, но если территория круглые сутки мониторится в реальном времени, то обеспечение скрытности если и не становится невозможным, то существенно усложняется.

То есть, появление сплошного наблюдательного поля в околоземном пространстве – это заметная угроза. Под подобным мониторингом придётся либо играть совсем в открытую, либо разработать какие-то превентивные меры, которые помешают мониторинг построить или, хотя бы, создадут ему помехи.

Вариант с помехами – самый мягкий. Во-первых, некоторый опыт противодействия спутникам-шпионам уже имеется. Во-вторых, помехопостановщики можно сделать не агрессивными, то есть, они не обязательно будут выводить спутники из строя. Но проблема в том, что ставить помехи группе спутников, использующей самые разные сенсоры для наблюдения – задача хитрая, и такие системы противодействия (наверняка) связаны с существенными затратами на развёртывание и сопровождение. При этом система нужна развитая, включающая множество узлов, иначе сам факт постановки помех окажется демаскирующим признаком.

Агрессивный вариант – это препятствование развёртыванию системы мониторинга. И вот тут на ум приходит противоспутниковое оружие. В том числе, в форме специальных микроспутников, заранее выведенных на орбиту. И, наверное, где-то тут кроется мотивация для пересмотра международных соглашений о вооружениях в космосе.

Мини-беспилотники, являющиеся при этом оружием, перспективное направление развития роботизированных вооружений. Это означает, что возникнет проблема с защитой от таких беспилотников, так сказать, в поле (для небольших баз, для транспортных колонн). Миниатюрный ударный беспилотник, это не ракета, и, тем более, не снаряд, выпущенный из огнестрельного оружия.

Понятно, что беспилотник может атаковать по весьма замысловатой траектории. Ну а самое главное отличие от прочих средств нападения в том, что он может отменить атаку едва ли не в самый последний момент (и позже зайти с другого направления).

Для традиционных средств ПВО – цель слишком мала. Если же планировать, что от беспилотников можно отстреливаться вручную, например, пулемётом, то, выходит, сложно прикрыть все мыслимые направления. Скажем, добротно сконструированный беспилотник способен подняться на большую высоту (несколько сотен метров, и выше), обеспечив визуальную незаметность, и потом пикировать с высокой скоростью на цель. То есть, среагировать может только автомат.

На первый взгляд, для защиты годятся мобильные активные системы, предназначенные для перехвата, скажем, реактивных противотанковых снарядов. Такие должны устанавливаться на технику. Но у всех этих систем главная проблема в том, что они могут ненароком нанести урон своим – вдруг кто-то оказался рядом во время подрыва перехватчика? Да и “в поле” просто так подобную установку не поставишь.

В общем, не удивительно, что уже кинулись разрабатывать беспилотники-охотники. Похоже, такие аппараты – единственное средство: развесил их в воздухе, и перехват на безопасном расстоянии обеспечен. Или нет?

Сообщают, что Boeing продолжает испытывать CHAMP – это ракета, которая, в перспективе, будет в качестве боевой части использовать мощный микроволновый излучатель, выводящий из строя различную электронику. Тема популярная. Хотя подобные боеприпасы конструируются много лет. Преимущество новых реализаций, которых можно ожидать, не в самом наличии “электромагнитного импульса”, и не в том, что ракета “не разрушает взрывом всё вокруг”, а в том, что системы наведения противника можно выводить из строя с большего расстояния, действуя сразу по нескольким целям. То есть, требуются инструменты, создающие хорошо управляемый микроволновый луч, который с борта ракеты поражает цели. Это главное.

Что можно получить в итоге? Нечто вроде “разделяющейся боеголовки”, только в электромагнитном смысле и без прямого контакта с целью. Это эффективно. И это главное. А то, что “нет разрушений от взрыва”, ну этот аспект явно не являлся основным при разработке данной системы. Тем более, что в случае с защищёнными целями, вывести цель из строя взыров едва ли не сложнее, чем при помощи проникающего электромагнитного импульса.